главная / о сайте / юбилеи / рецензии и полемика / дискуссии / публикуется впервые / интервью / форум

Г.С.Кан

"РАЗОБЛАЧИТЕЛИ" И "АПОЛОГЕТЫ" "НАРОДНОЙ ВОЛИ"

В 17-ом выпуске межвузовского сборника научных трудов "Освободительное движение в России" (Саратов, 1999. С. 146-150) опубликована большая рецензий Н. А. Троицкого на мою книгу "Народная воля: идеология и лидеры" (М., 1997). этой рецензии Н. А. Троицкий подверг резкой критике мою работу, посчитав её "поверхностной в научном отношении" и не согласившись с теми идеями, которые в ней высказываются. Свой ответ Н. А. Троицкому я считаю необходимым разделить на две части: 1) возражения на упреки научного характера, 2) несогласие с идеологической стороной критики Н. А. Троицкого.

Характеризуя введение к моей работе, Н. А. Троицкий обвиняет меня в недостаточном знании историография и источников по теме исследования. Приводится целый список диссертаций и книг, которых автор "не знает", ибо ничего не написал о них в обзоре историографии. Весьма странной представляется логика рецензента, что я знаком только с теми исследованиями по "Народной воле", которые охарактеризованы в моем историографическом очерке. Перечисленные Н. А. Троицким работы либо не имеют отношения к историографии по моей научной проблеме - идеология "Народной воли", политические взгляды и духовный облик ее лидеров (труды И. С. Вахрушева, В. А. Виноградова, Л. Н. Годуновой, И. И. Матюшиной, Г. И. Щетининой1), либо не являются научными исследованиями по истории (исторические повести В. А. Прокофьева и Е. А. Сегал, популярные и научно-популярные работы А. С. Будяка, Б. С. Внучкова, И. Б. Матвеевой, Э. А. Павлюченко, диссертация С. М. Жданова по философской тематике2).

Не упомянутые мной при анализе народовольческой идеологии ее "важнейшие", по мнению Н. А. Троицкого, "памятники" - "Программа военно-революционной организации" и Письмо Исполнительного комитета (далее - ИК) "Народной воли" Александру III - по моему глубокому убеждению, и не следует рассматривать при описании данной темы. "Программа военно-революционной организации" - документ не идеологический, а сугубо тактический, освещающий вопрос, какими должны быть действия военных для подготовки и проведения политического переворота. Письмо Александру III - яркий агитационный документ, но содержащиеся в нем требования политической амнистии, гражданских свобод и созыва Учредительного собрания вполне естественно вытекали из Программы ИК и не несли в себе ничего нового по сравнению с ней. Что же касается "Программы рабочих, членов партии "Народной воли", которую я, в отличие от Н. А. Троицкого, также не считаю документом программным, то к тому, что написано по этому поводу в книге (с.75), прибавлю еще один факт - в сборнике документов "Народной воли", подготовленном кружком народовольцев при Обществе политкаторжан в 1930 году, "программа рабочих" помещена в разделе VI - "Народная воля" и рабочие"3, а не в разделе II - "Программа и тактика партии "Народная воля"4. Кстати, Программа военно-революционной организации и Письмо ИК Александру III в этом сборнике также находятся не в разделе II, а в других разделах5. Так что в оценке того, какие документы "Народной воли" были программными, а какие таковыми не являлись, я следую традициям самих народовольцев.

Не соответствует действительности утверждение Н А. Троицкого, что вся первая глава моей книги состоит только из "компилятивной сводки элементарных сведений" о революционных организациях 1870-х гг., а вся деятельность "Земли и воли" сведена в ней к террору. В данной главе анализируются: 1) причины, приводившие молодых людей в ряды революционеров - особенности влияния Евангелия, сочинений Д. И. Писарева, П. Л. Лаврова, Н. К. Михайловского (с. 36-39,60), 2) идеология "чайковцев" (с. 40-42), 3) влияние "москвичей" и "южных бунтарей" на развитие революционного движения (с. 44, 46), 4) программные и тактические установки "Земли и волн" (с. 54-57), 5) идеология раннего терроризма и причины возникновения и усиления "политического" крыла "Земли и воли" (с. 57-62). Пишу я и о том, что организация поселений в деревнях из числа членов организации была главным делом "Земли и воли" (с. 48).

Рассматривая вторую главу моей книги, Н. А. Троицкий упрекает меня: 1) в непонимании того, что "Народная воля" была партией, а не "рядовой организацией", 2) в неведении о деятельности и численности различных подразделений "Народной воли" (Студенческой, Рабочей, Военной организаций), 3) в преувеличении роди террора в "Народной воле", 4) в незнании или искажении ряда фактов 5) в изображении большинства народовольческих лидеров как злодеев. Ответим на все эти обвинения по порядку.

"Народную волю" я действительно считаю именно организацией, а не партией (словосочетание "рядовая организация", к слову сказать, у меня в книге отсутствует). В таком своем мнении я опираюсь на суждения самих народовольцев, в частности, на слова А. Д. Михайлова на процессе "20-ти": "...Необходимо различать понятие о партии от понятия об организации. Партия - это неопределенная группа людей единомыслящих, не связанных между собою никакими взаимными обязательствами. Организация же, кроме непременного условия единомыслия, предполагает уже известную амкнутость, тесную сплоченность и полную обязательность отношений... Партия - это солидарность мысли, организация - солидарность действия"6. Таким образом, с точки зрения народовольческих критериев, "Народная воля", бесспорно, была именно организацией, а не партией, и, споря со мной, Н. А. Троицкий спорит с А. Д. Михайловым и прочими народовольцами.

Теперь по поводу разных подразделений "Народной воли". Ни Студенческой, ни Рабочей организации "Народной воли" как неких единых централизованных подчиненных ИК, вообще не существовало. В Петербурге в 1880-1882 гг. существовал Центральный университетский кружок "Народной воли", но роль его вовсе не была так велика, чтобы писать о нем в кратком обзоре деятельности "Народной воли". Студенческие и рабочие кружки вне Петербурга были в подчинении местных групп "Народной воли" и никаким прочим специальным организациям не подчинялись7. Что же касается Центрального рабочего кружка в Петербурге, то о нем для краткого обзора деятельности "Народной воли" написано вполне достаточно. Оспариваемое Н. А. Троицким число членов Военной организации я указываю не в 100 человек (это писалось о весне 1881 года), а более 200 человек (к весне 1882 года) (с. 72). Цифра 400 человек, приводимая Н. А. Троицким, а до него С. С. Волком и Л. Н. Годуновой, кажется мне недоказанной и сильно завышенной. Ссылка С. С. Волка8 ни свидетельство одного из руководителей Военной организации М. Ю. Ашенбреннера о 400 ее членах, зафиксированных в его записной книжке, ничего не доказывает, ибо сам М. Ю. Ашенбреннер писал, что он должен был проверить этот список и что там было много лишних людей9. Л. Н. Годунова же в своем, бесспорно, во многих отношениях капитальном исследовании выявила 192 члена Военной организации10. Ее последующие утверждения, что не до конца установленный состав военных кружков позволяет говорить (!) о цифре более 400 человек11, выглядят не слишком убедительно.

В доказательство того, что я преувеличиваю роль террора в деятельности "Народной воли", Н. А. Троицкий утверждает, что рядовых народовольцев, участвовавших в подготовке и осуществлении покушений на царя, было немного - 12 человек. Вынужден поправить маститого историка, - таковых было не 12, а 20 человек12. Но самое интересное, что помимо рядовых членов "Народной воли", среди участников подготовки покушений на Александра II было еще 19 членов ИК13 (в частности, из 20 находившихся к началу 1881 года на свободе членов ИК лишь 5 не приняли никакого участия в подготовке цареубийства14). Думается, что одни эти цифры красноречиво доказывают, какое огромное место занимал террор в деятельности "Народной воли".

Поправляя якобы допущенные мной ошибки и несообразности, Н. А. Троицкий оказывается не совсем точен в освещении фактов. Так, 19 ноября 1879 года в результа-взрыва полотна железной дороги под Москвой пострадал не один только багажный вагон с фруктами, как считает Н. А. Троицкий, а целый поезд с царской свитой: сошли рельсов и получили повреждения 2 паровоза и 10 вагонов15. Г. А. Лопатин, М. Салова, В. И. Сухомлин, С. А. Иванов и В. А. Караулов, вопреки мнению Н. А. Троицкого, не были членами ИК "Народной воли". Все они входили в Центральную группу "Народной воли", избранную на съезде народовольцев в Париже в январе-феврале 1884 года. Тогда же была избрана и Распорядительная комиссия "Народной воли", куда вошли Г. А. Лопатин, Н. М. Салова и В. И. Сухомлин. Но никаких новых членов ИК на Парижском съезде не избиралось16. Правда, в опубликованном в году последнем слове Г. А. Лопатина на процессе 21-го17, а также в своей автобиографии 1906 года18 он называет себя членом ИК. Но изложение речи Г. А. Лопатииа в 1888 года сделано по памяти В. Ф. Якубовичем, братом видного народовольца, и грешит большими неточностями. В опубликованном же О.А.Сайкиным в 1970 году (по рукописной копии, хранящейся в ОПИ ГИМ) полном тексте последнего слова Г. А. Лопатина на суде19 он признает себя лишь агентом ИК20. Что касается автобиографии Г. А. Лопатина, то думаю, что его фраза о членстве в ИК была лишь проявлением свойственной Г. А. Лопатину склонности к выдумкам и преувеличениям21.

Утверждения Н. А. Троицкого, что в своих характеристиках я будто бы изображаю всех лидеров "Народной воли" (кроме Л. А. Тихомирова) злодеями и даю им негативную оценку, абсолютно безосновательны. Вырванные Н. А. Троицким из контекста моей книги цитаты способны произвести впечатление только на тех, кто ее никогда не читал. Все характеристики, даваемые лидерам "Народной воли" в моей работе, проникнуты глубокой симпатией к ним. Другое дело, что я не пишу панегирики, жития святых и иконописные портреты, и потому не скрываю некоторые слабости и недостатки, которые были присущи тем или иным деятелям "Народной воли", как и всем живым людям. Но в моих глазах эти слабости и недостатки не имеют негативной окраски, а, наоборот, подчас прибавляют обаяния тем народовольцам, о которых я пишу. Что касается некоторых частных замечаний Н. А. Троицкого по поводу характеристик членов ИК, то,отмечу, что о таком побудительным мотиве ухода будущих народовольцев в революцию, как необходимость "уплаты долга народу", в моей книге писалось по меньшей мере дважды (с. 38-39, 152). Предположение С. Л. Перовской, что причиной заявления А. И. Желябова от 2 марта 1881 года с признанием, что он - организатор цареубийства, было -исключительно желание, чтобы процесс над Н. И. Рысаковым не был "слишком бледным"22, мне кажется эмоциональным и недостаточно продуманным. На мой взгляд, когда решается вопрос о жизни и смерти, мысли о "бледности" или "яркости" суда не могут являться первостепенными.

Рассматривая приложение к моей книге, Н. А. Троицкий странным образом не заметил трех из пяти приведенных в нем текстов (двух важнейших мемуарных документов В.Н.Фигнер и автобиографических показаний А. И. Зунделевича), предпочитая отметить только то, что "Заметки С. Л. Перовской" и "Завещание М. Н. Ошаниной" были опубликованы еще до выхода моей книги. Действительно, признаю своим упущением, что к моменту издания книги я не знал о данных публикациях. Но, во-первых, "Заметки С. Л. Перовской" Н.А.Троицкий опубликовал не полностью (пропущены записи С. Л. Перовской от 28 июля 1873 года23), а во-вторых, из 41 страницы приложения указанные Н. А. Троицким документы вместе с примечаниями к ним занимают всего 6 страниц.

Теперь о несогласии с идеологической стороной рецензии Н. А. Троицкого. Тут я отмечу три момента: 1) отношение к репрессиям правительства в адрес революционеров в 1870-х гг., 2) полезность для России 1879-1883 гг. свержения самодержавия и демократической революции, 3) результаты деятельности "Народной воли".

Начну с возмутившего Н. А. Троицкого моего объяснения причин 93-х случаев смерти и умопомешательства среди подследственных по делу 193-х. В своем мнении по этого поводу я исходил из двух посылок. Во-первых, ни в одном из известных мне источников не говорится об исключительно жестоких условиях предварительного заключения в 1874-1877 гг., подобных тем, какие существовали в 1880-е гг. в Алексеевском равелине и Шлиссельбурге. Во-вторых, люди, шедшие в 1874 году в народ с целью поднять его на революцию, должны были понимать, что если таковой не произойдет, то они окажутся в тюрьме, где условия жизни отличаются от обычных и где лица со слабым здоровьем и плохими нервами долго не живут. Если они этого не понимали, то это говорит только об их "способностях" адекватно воспринимать окружающую действительность. Чтo же касается смертных казней революционеров в 1878-1880 гг., то я считаю не только правом, но и обязанностью любого правительства принимать адекватные меры к тем, кто в политической борьбе применяет насилие. Из 21 казненного 1878-1880 гг. 18 человек либо сами были террористами, либо участвовали в деятельности террористических групп и организаций или оказывали им содействие. Лишь трое - И. В. Дробязгин, М. П. Лозинский и И. И. Розовский - были казнены без достаточных оснований.

Н. А. Троицкий считает "кощунственным по отношению к русскому народу" неверие в способность крестьян и рабочих адекватно воспринять нормы демократии в конце 1870-х - начале 1880-х гг. Отмечу в связи с этим любопытный факт: к таким же, как я, "русофобам", относились многие жившие во времена "Народной воли" юристы, публицисты, общественные деятели, например, Б. Н. Чичерин, К. Д. Кавелин, С. Кошелев, В. С. Соловьев. Да и некоторые революционные теоретики высказывались насчет полезности демократической революции крайне осторожно. Н. К. Михайловский в письме к П. Л. Лаврову в 1873 году утверждал: "Откровенно говоря, я не так боюсь реакции, как революции"24. А А. И. Герцен в работе "К старому товарищу" (1869 год) писал еще жестче: "Всеобщая подача голосов, навязанная неприготовленному народу, послужила бы для него бритвой, которой он чуть не зарезался... Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри... Народам легче выносить насильственное бремя рабства, чем дар излишней свободы"25. Мне думается, что события, последовавшие после демократической Февральской революции 1917 года, не свидетельствуют о готовности народных масс к восприятию идей демократии как в 1917 году, так и за 35-40 лет до этого.

Спор насчет того, какие из мероприятий правительства Александра III - его немногие прогрессивные действия (как думает Н. А. Троицкий) или контрреформы (как полагаю я), были плодами деятельности "Народной воли", считаю схоластическим и бессмысленным. Что же касается такой "заслуги" "Народной воли", как потрясение основ "варварского самодержавно-полукрепостнического режима" (выражение Н.А.Троицкого), то еще вопрос, много ли было пользы от борьбы с этим режимом варварскими методами террора, вследствие чего погиб не только император, но и больше десятка ни в чем не повинных людей. Ведь даже В. Н. Фигнер, лично участвовавшая в подготовке убийства Александра II, признавала, что насилие "никогда не способствует смягчению нравов", "вызывает ожесточение, развивает зверские инстинкты, возбуждает дурные порывы" и что "Народная воля" и правительство "конкурировали в развращении окружающей среды"26.

И в заключение несколько слов по поводу реплики Н. А. Троицкого о безвестности автора рецензируемой им книги. Моя фамилия не должна быть так уж не известна Н. А. Троицкому, ибо в 1996 году в сборнике о политическом терроре в России наши статьи по народовольческой тематике соседствовали под одной обложкой27. Да и такой ли важной должна быть для столь свободолюбивого историка, как Н. А. Троицкий, бюрократическая табель о рангах в исторической науке?

Примечания

1 Вахрушев И, С. Очерки истории революционно-демократической печати 1873-1886 года". Саратов, 1980; Виноградов В. А. Крестьянское движение на Верхней Волге в пореформенный 1861-1881 гг. Дисс... докт. ист. наук. Свердловск, 1990; Годунова Л. Н. Военная организация: "Народная воля" (1880-1884). Двое... канд. ист. наук. М., 1970; Матюшина И. И. революционных народников среди рабочих России (1879-1883 годы). Дисс... канд. ист. наук. 1970; Щетинина Г. Я. Студенчество и революционное движение в России. М., 1987.

2 См.: Прокофьев В. Желябов. М., 1965; Сегал Е. Софья Перовская. М., 1962; Будяк А. И. Желябов. Л., 1965; Внучков Б. С. Узник Шлиссельбурга, Ярославль, 1988; Матвеева И. Фигнер. М., 1961; Павлюченко Э. А. Вера Фигнер. М., 1963; Павлюченко Э. А. Софья Перовская. 1959; Жданов С. М. Мировоззрение Н. А. Морозова. Дисс... канд. филос. наук. Киев, 1965.

3 "Народная воля" в документах и воспоминаниях. М., 1930. G. 149-156.

4 Там же. С. 25-89.

5 Там же. С. 100-104, 193-197.

6 Процесс 20-ти народовольцев в 1882 году. Ростов-на-Дону, 1906. С. 69.

7 См.: Волк С. С. "Народная воля". М.; Л., 1966. Гл.9, 11; Щетинина Г. Я. Указ. соч. Гл 1. Матюшина И. И. Указ. соч. Гл. II, III.

8 Волк С. С. Указ. соч. С. 329.

9 Ашенбреннер М. Ю. Военная организация "Народной воли" и другие воспоминания. 1924. С.101.

10 Годунова Л. Я. Указ.соч. С. 27.

11 Там же. С. 278.

12 А. Б. Аронник, Л. Н. Гартман, Г. М. Гельфман, Г. Д. Гольденберг, И. И. Гриневицкий, гаев, И.П.Емельянов, Н.И.Кибальчич, В. А. Меркулов, Т. М. Михайлов, И. Ф. Е. Н. Оловенникова, Н. И. Рысаков, Н. А. Саблин, Е. М. Сидоревко, М. В. Тетерка, А. В. Тырков, П. Н. Тычинин, С. Н. Халтурин (впоследствии - член ИК).

13 А. И. Варенников, Ю. Н. Богданович, М. Ф. Грачевский, А. И. Желябов, А. А. Квятковский, Н. Н. Колодкевич, А. П. Корба, М. В. Ланганс, Т. И. Лебедева, А. Д.; Н. А. Морозов, С. Л. Перовская, Н. Е. Суханов, М. Н. Тригони, В. Н. Фишер, М. Ф." С. Г. Ширяев, А. В. Якимова.

14 С. С. Златопольский, М. Н. Ошанина, Е. Д. Сергеева, П. А. Теллалов, Л. А. Тихомиров. Процесс шестнадцати террористов (1880 г.). СПб., 1906. С. 26-27.

16 Герман Александрович Лопатин (1845-1918). Автобиография.. Показания и письма. Статьи и стихотворения. Библиография. Пг., 1922. С. 15.

17 Процесс 21-го. Женева, 1888. С. 38.

18 Волк С. "Распорядительная комиссия" и "Молодая партия "Народной воли" // Каторга и ссылка. 1931. №2. С. 117; Сайкин О. А. Первый русский переводчик "Капитала". М., 1983. С.117; Сенчакова Л. Т. "Народная воля" в первой половине 80-х годов (1881-1884 гг.). Дисс... канд. ист. наук. М., 1967. С. 258.

19 Русский друг К. Маркса и Ф. Энгельса (Неопубликованные документы о Г. А. Лопатине). Публикацию подготовил О. А. Сайкин // Советские архивы. 1970. №6. С. 26.

20 Там же. С. 27.

21 См. об этом: Дейч Л. Г. А. Лопатин // Голос минувшего. 1919. №5-12. С. 213-215.

22 Степняк-Кравчинский С. М. Сочинения. Т. 1. М., 1987. С. 477.

23 ГАРФ. Ф. 112. Оп. 2. Д. 1892. Л. 8 об.

24 Михайловский Я. К. Полн. собр. соч. Т. 10. СПб., 1913. Стб. 68.

25 Герцен А. Я. Сочинения. Т. 8. М., 1958. С. 408, 414.

26 Фигнер В. Полн. собр. соч. Т. 1. М., 1932. С. 252.

27 Троицкий Я. А. "Народная воля" и ее "красный террор" // Индивидуальный политический террор в России. XIX - начало XX вв. М., 1996. С. 17-23; Кан Г. С. Идейные "еретики" "Народной воли". Там же. С. 24-32.