главная / о сайте / юбилеи / рецензии и полемика / дискуссии / публикуется впервые / интервью / форум

Я.В. Леонтьев,
к.и.н., доцент кафедры политической истории МГУ им.М.В.Ломоносова

Михаил Осоргин об анархизме

Писатель и журналист Михаил Андреевич Осоргин (1878-1942) породнился с Бакуниными осенью 1926 г., когда он женился на Т.А. Бакуниной. О Михаиле Осоргине есть статьи в энциклопедиях1, ему посвящают монографии и диссертации. О нем писали или пишут такие известные историки литературы, как О.Г. Ласунский, Л.В. Поликовская, итальянская русистка Анастасия Пасквинелли (Pasquinelli). Первые книги М.А. Осоргина на родине в эпоху перестройки и гласности были изданы при ближайшем участии покойной Н.М. Пирумовой.

Жизни и творчеству Татьяны Алексеевны Бакуниной-Осоргиной (1904-1995) посвящен недавно вышедший очерк В.И. Сысоева.2 Что касается политического кредо ее супруга, то об этом писали куда меньше, чем о достоинствах Осоргина-писателя. В молодости Михаил Ильин (наст. фамилия Осоргина) начинал, как социалист-революционер, тесно связанный с эсерами-максималистами. Он был активным участником вооруженного восстания в Москве в декабре 1905 г., сценки из которого были запечатлены в романе "Свидетель истории". Фотография Осоргина экспонируется на ряду с другими руководителями восстания в музее революции 1905-1907 гг. на Красной Пресне. За участие в восстании он был арестован, сидел несколько месяцев в Таганской тюрьме и обвинялся Судебной палатой по ст. 100 Уголовного уложения. Ему грозила высылка в Нарымский край на 5 лет, однако, выйдя под залог из тюрьмы, Осоргин эмигрировал в Италию. Первоначально он поселился в местечке Кави ди Лаванья близ Генуи, где жила целая маленькая колония русских революционеров-эмигрантов, преимущественно эсеров, анархистов и максималистов (в том числе писатель Андрей Соболь, публицист Евгений Колосов и др.). Кстати, именно здесь, после отъезда за границу в 1926 г. первое время жило и семейство А.И. Бакунина - старинного знакомого Осоргина еще по Московскому университету.

В начале 1910-х гг. Осоргин поселился в Риме. В 1916 г. он покинул "вечный город" и добровольно вернулся в Россию. После революции писатель изрядно "поправел", занимая позиции близкие к П.А. Кропоткину, В.Н. Фигнер и другим осторожным ветеранам освободительного движения. Он возглавил Московский союз журналистов и стал постоянным автором "большой еженедельной демократической и социалистической газеты" "Власть Народа" под редакцией известной общественной деятельницы Е.Д. Кусковой. После закрытия этой газеты, она сменила название на "Родину", а ее новым редактором сделался Осоргин. В мае 1918 г. он был привлечен в качестве обвиняемого Московским революционным трибуналом, по представлению ВЧК, "за преднамеренное и умышленное сообщение целого ряда ложно-сенсационных сведений". На допросе Осоргин охарактеризовал себя, как социалиста-революционера, "не принадлежащего к организации".3

Впоследствии писатель арестовывался в 1919 и 1921 гг. (в последний раз за редактирование бюллетеня "Помощь" - органа Всероссийского общественного комитета помощи голодающим, который большевики обозвали "Прокукишем"). Он побывал в ссылке в Казани, а в сентябре 1922 г. был выслан из Советской России навсегда в составе пассажиров знаменитого "философского парохода".

Ниже приводятся выдержки из письма М.А. Осоргина к Марии Корн от 17 августа 1927 г., из которого следует, что во второй эмиграции писатель начал отождествлять себя с анархизмом. Можно осторожно предположить, что этому могла способствовать его женитьба девушке из рода Бакуниных.

Необходимо сказать об адресате Осоргина. Мария Исидоровна Гольдсмит (1858-1932), урожденная Андросова, была широко известна в анархистских кругах под псевдонимом Корн. C конца XIX в. она являлась активной последовательницей анархо-коммунистического учения П.А. Кропоткина и переводчицей его трудов. Позднее М. Корн стала энергичной пропагандисткой анархо-синдикализма. В 1903-1905 гг. она оказывала организационную и финансовую помощь печатному органу Женевской группы анархистов-коммунистов "Хлеб и Воля". Затем она стала основательницей "Группы русских анархистов-коммунистов" в Париже (1905). Она была членом редакций и постоянным автором ряда анархистских органов ("К оружию!", "Рабочий мир" и др.), докладчицей на заграничных съездах и конференциях российских анархистов. В 1913-1914 гг. входила в состав Секретариата Федерации русских групп анархистов-коммунистов за рубежом, занималась подготовкой и координацией Русского общеанархического съезда в Лондоне (август 1914). После возвращения Кропоткина в Россию, Корн стала хранительницей его архива и личного имущества. После его смерти часть вещей была переданы ею в Музей Кропоткина в Москве. В 20-е и начале 30-х гг. она сотрудничала в анархистских эмигрантских изданиях (берлинском "Рабочем пути", парижском "Деле Труда" и др.).

Ныне архив самой Гольдсмит-Корн, насчитывающий 271 единицу хранения, находится в составе "Пражской" коллекции (материалы бывшего Русского Заграничного исторического архива) в ГАРФ. Впервые публикуемое письмо Осоргина4 было написано в связи с трагедией анархистов Сакко и Ванцетти, приговоренных судом штата Массачусетс к смертной казни (23 августа 1927 г. они погибли на электрическом стуле).

"Многоуважаемая Мария Исидоровна,

я не могу написать о Сакко и Ванцетти в "Посл. Нов."5, так как написать статью тривиальную, под чужое настроение, я не могу, а свободной и искренней статьи моей на эту тему газета не поместит. Поэтому я ограничиваюсь упоминанием об этом деле вскользь в моих фельетонах. <...>

Анархисты из "Дела Труда"6 - чистейшие марксисты. Они так зачарованы марксизмом, его кретинической и животной психологией, что утрачивают всякую способность мыслить свободно и независимо от "классовой борьбы", "молоха капитала" и "международного пролетариата". Им, по-видимому, даже неизвестно, что анархизм есть не экономическая теория, а моральное учение, духовный аристократизм. Что он должен находить и, действительно, находит отклик в классах бедных и угнетенных только потому, что там более чистой остается совесть, что там больше аристократов духа, чем среди людей упитанных и правящих, - а вовсе не потому, что класс трудящихся стремится захватить государственную власть, как предписывают ему марксисты, эти заядлые государственники и полицейские надзиратели от рождения. <...>

Мне же, как анархисту, должно быть совершенно безразлично, ошибся суд или судил по закону, виновны Сакко и Ванцетти или нет. Протестовать против "казни невинных", употреблять это выражение, - значит оправдывать суд <...>

Я не отрицаю террора (конечно, красного, антиправительственного), но террорист, убивающий из чувства ненависти и в практических целях малым отличается от вульгарного убийцы. Я знал многих террористов очень близко7, и те из них, которые стоят памяти, были сотканы из любви и нежности; остальные были истериками и авантюристами, выкормцами марксизма, только с эсеровским темпераментом. Террор от руки последних не оставил в истории революции светлого следа. Анархизм проповедует любовь и человечность, а не ненависть, хотя бы и была она названа "священной" <...>".

Примечания

1 См., например: Осоргин Михаил Андреевич // Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть ХХ века. Энциклопедический биографический словарь. М.: РОССПЭН, 1997. С.472-475; Осоргин Михаил Андреевич // Русские писатели. М., 1999. Т.4. С.456-460. Михаил Андреевич Осоргин // Русская литература. ХХ век: Энциклопедия для детей. М.: "Аванта+", 2000. С.195-206.

2 Сысоев В. Татьяна Алексеевна Бакунина-Осоргина: Иллюстрированный биографический очерк. Тверь, 2004.

3 "Газету "Родина" закрыть навсегда..." / Публ. Я. Леонтьева // Родина. 1994. № 5. С. 99.

4 ГАРФ. Ф. 5969. Оп. 2. Д. 19. - Письмо отпечатано на 6 машинописных листах, подпись - автограф.

5 Парижская газета, издававшаяся П.Н. Милюковым.

6 Парижский журнал, выходивший под редакцией П.А. Аршинова.

7 В первую очередь Осоргин, вероятно, имел в виду эсеров-максималистов, с которыми ему близко пришлось соприкасаться и которые были выведены в его романе "Свидетель истории" (Париж, 1932). В переводах на иностранные языки роман выходил под названием "Террористы". Среди его главных героев были Наташа Калымова (прообразом являлась Н.С. Климова), Алеша по кличке Олень (М.И. Соколов-"Медведь").